?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



Появление британцев в столице Московии отмечается в источниках довольно поздно — в середине XVI в., только после того, как на севере государства высадились члены экспедиции лондонского «Общества купцов-предпринимателей», основанного «для открытия стран, земель, островов, государств и владений неведомых и даже доселе морским путем не посещаемых».



Экспедиция в мае 1553 г. покинула английский порт, и после трудного плавания один из кораблей ее с опытным мореплавателем Ричардом Ченслером во главе попал в устье Северной Двины. Сообщили в Москву, откуда пришло распоряжение немедля представить новоприбывших пред царевы очи, и в январе 1554 г. Ченслер и его спутники прибыли в Москву. «Сама Москва очень велика, — писал он. — Я считаю, что город в целом больше, чем Лондон с предместьями». Это первое впечатление английского путешественника, за которым последовали сотни путевых записок его любознательных соотечественников, посещавших нашу страну в продолжение четырех веков.

В Москве послов принял сам царь Иван IV Васильевич, для которого посещение нежданных гостей было настоящим подарком. Ведя изнурительную борьбу с Польшей и Швецией за обладание Ливонией, он отчаянно нуждался в технической и военной помощи с запада, ибо прямые сношения с Европой были наглухо перекрыты. Для царя оказались весьма важными и своевременными неожиданно начавшиеся отношения с далекой и прежде неведомой страной, которые он постарался укрепить и углубить. Весной 1554 г. Ченслер отправился в обратный путь с самым важным для англичан подарком — грамотой на беспошлинную торговлю с Россией.

Главным предметом вывоза из России было сырье — воск, меха, сало, пенька, а ввоза — оружие, боевые припасы, бумага, аптечные снадобья, посуда, сукно.

Английские купцы обосновались в Москве, недалеко от Кремля. У церкви св. Максима-Исповедника англичанам был отдан двор с каменными палатами (Варварка, 4). Первый этаж этого большого здания с обширными сводчатыми помещениями служил складом товаров, средний — был жилым, там останавливались английские послы (таким образом, этот дом является и первым зданием английского посольства). Просторный парадный зал был украшен великолепной печью, редкой даже для домов богатых вельмож.

В 1636 г. в связи с расширением торговли англичанам было передано новое владение. Второй Английский двор — «Новый» — находился в Белом городе у церкви св. Георгия в Лучниках на современном Лубянском проезде. Там стояло 11 каменных палат, несколько изб, амбаров, конюшен и прочих хозяйственных строений.

В царствование Алексея Михайловича английские купцы потеряли свое исключительное положение, так как их беспошлинная торговля стала вызывать все более увеличивающееся противодействие русских купцов. Пользуясь тем, что в Англии был свергнут, а затем казнен законный монарх Карл I, царь Алексей Михайлович указом от 1 июня 1649 г. вообще запретил беспошлинную английскую торговлю в России: «…а ныне Великому Государю нашему Царскому Величеству ведомо учинилось, что Англичане всею землею учинили большое злое дело, Государя своего Карлуса Короля убили до смерти, и за такое злое дело в Московском Государстве вам быти не довелось». Таким образом, с середины XVII в. англичане уже не имели исключительного положения в России, и с тех пор отдельной большой колонии в Москве не было, хотя они продолжали играть значительную роль в различных сферах.

В Кремле работал зодчий или «палатный мастер», как его называли в России, Джон Талер, прибывший, вероятно, по приглашению Бориса Годунова на рубеже XVI и XVII столетий. В 1624-1626 гг. он укреплял своды Успенского собора, в 1627-1628 гг. строил в Кремле церковь св. Екатерины, а в Можайске — крепость.

Искусным мастером в Москве слыл Христофор Галовей, в 1621 г. приехавший в Россию. «Часового и водовзводного дела мастера», как его называли, назначили наблюдать за сооружением водопровода в Кремле. Но кроме того, Галовей был еще и плавильным мастером, рудознатцем и незаурядным часовым мастером: он сделал новые часы на Спасской башне.

Современник писал, что «г-н Галовей, один очень искусный человек, сделал такие часы, говоря, что русские ни в чем не сходны с другими народами, а потому и в часах их должны быть особенные устройства. В наших часах стрелка ходит по циферблату, в русских, напротив того, вертится циферный круг». Галовею принадлежат и большие сооружения в Москве: в связи с постановкой новых часов на Спасской башне, им и зодчим Баженом Огурцовым был возведен на ней шатровый верх, а на Никольской улице он выстроил башню над входом в Государев Печатный двор.

Среди военных, выходцев с Британских островов, прославились шотландцы, попавшие в Россию еще при Иване Грозном. Особенной известностью пользовался Патрик Гордон, боевой генерал, приехавший в Россию в 1661 г. и участвовавший в важнейших походах и сражениях русской армии в конце XVII в. Решительной поддержкой Петра в его борьбе с Софьей он склонил чашу весов на сторону молодого царя, придя со своим Бутырским полком к Троицкому монастырю. Благодаря ему в Москве, в Немецкой слободе, была построена первая католическая церковь, в которой он и был похоронен в 1699 г.

Близкими сподвижниками Петра I были братья Брюсы. Яков Вилимович Брюс стал сенатором, президентом Берг- и Мануфактур-коллегии, получил титул графа и чин генерал-фельдмаршала. Его дом находился недалеко от Сухаревой башни, где он занимался астрономическими наблюдениями, что и дало повод москвичам поверить в чудеса, якобы творимые им на башне. Его внучатый племянник, Яков Александрович Брюс, стал московским генерал-губернатором, правившим второй столицей в 1781-1786 гг. Именно он приобрел в казну бывший Чернышевский дом на Тверской, который с тех пор стал резиденцией главы московской администрации. Я.А. Брюс боролся со злоупотреблениями полиции, исправлял мосты, серьезно занимался регулированием движения на улицах.

Среди англичан в Москве в XVIII в. славился Михаил Медокс, прозванный «кардиналом» из-за плаща с ярко-красной подкладкой. Он выстроил огромное здание Петровского театра, принявшего публику в 1776 г. В 1783 г. Медокс покупает у «разных мануфактур содержателя» Саввы Яковлева участок у Рогожской заставы. Летом того же года разбивает там сад, сажает деревья и строит целый городок, среди которого выделялось огромное круглое здание — собственно воксал, окружностью 47 саженей (почти 100 м), высотой с современный шести-семиэтажный дом и площадью почти 1000 кв. м.

Воксал Медокса — увеселительный сад, нечто вроде нашего «парка культуры», процветал в 80-90-х гг. XVIII в., но вся энергия его содержателя уходила на Большой Петровский театр, а воксал, вероятно, уже в первом десятилетии XIX в. прекратил свое существование. Память о нем сохранялась лишь в названии Вокзального переулка и одноименного сквера, устроенного на месте пруда в 1888 г.

В XVIII в. резко возросла роль французского языка и культуры в России. Влияние британской колонии стало несравнимым с влиянием приезжих из Франции и других европейских стран. Но тогда же в русском обществе распространилась англофилия — любовь к английскому языку, манерам, интерес к британским политическим установлениям.

В XVIII и XIX вв. большинство членов российской британской колонии жили в Петербурге, в Москве же их насчитывалось весьма немного. В конце XVIII в. император Павел повелел московскому генерал-губернатору И.П. Салтыкову составить ведомости на всех иностранцев, живших в Москве, и строго-настрого приказал, чтобы администрация обратила «…особенное и самое недреманное внимание… в надзрении за образом их жизни…». Как часто бывает, историк благодаря тиранам и диктаторам, внимательно следившим за образом жизни своих подданных, имеет драгоценные свидетельства о многих из них. В ведомости, поданной в канцелярию генерал-губернатора приставами полицейских частей в 1797 г., перечислялись все иностранцы, среди которых было более ста британцев. В период обострения отношений с Англией в 1807 г., связанного с присоединением России к системе континентальной блокады, другой император — Александр I приказал переписать всех подданных Великобритании.

В список вошли 188 человек, живших в Москве. Среди них — трое учителей английского языка, двое приказчиков, четверо «производящих торговлю», шестеро мастеров часового дела, трое «в смотрении и лечении лошадей», двое учителей музыки (в их числе знаменитый композитор Джон Фильд), трое машинистов, четырнадцать гувернанток и по одному каретному мастеру, пивовару, садовнику, а также числился некий Яков Смит — «учитель разных наук». Остальные же были членами их семей.

В XIX-XX вв. британцев было не особенно много в России. Вот цифры, извлеченные из донесений британских дипломатических агентов, и опубликованные результаты переписей: в 1851 г. их насчитывалось 2588 человек (из которых в Петербурге жили 2394, по другим данным 2783); в 1861 г. в Москве проживало 610, а в Петербурге 1198 человек; в 1881 г. — 5007 человек (в Москве 660, в Петербурге 1711, в Крыму и Одессе 785); в 1901 г. — 5235 человек (в Москве — 650, в Петербурге — 1850, в Одессе — 513); в феврале 1918 г. в Москве — 690, в Петербурге — 1074; в июле-августе 1918 г. в Москве было 746 британцев.

Среди членов британской колонии было много тех, кто приезжал на короткое время, — агенты различных фирм, корреспонденты газет, учителя, гувернантки, но некоторые из них надолго связывали свою жизнь с Россией, которая становилась их новой родиной. Наиболее многочисленными представителями Британских островов в России были гувернантки (в меньшей мере гувернеры).

Джордж Каррингтон, описавший в 1874 г. свои впечатления от поездки в Россию, отмечал, что английские гувернантки пользуются большим успехом в России и их труд хорошо вознаграждается. Он даже сказал, что по-английски говорят многие русские, так что ему не было необходимости говорить по-французски. В воспоминаниях отпрыска аристократического семейства графа Михаила Дмитриевича Бутурлина неоднократно подчеркивалось, что английские гувернантки обязательно нанимались для детей — они, как он выразился, были «необходимы, как масло каше». Бабушка М.Ю. Лермонтова, ревностно следившая за образованием внука, специально пригласила к нему англичанина Ф. Винсона и очень им дорожила, положив ему большое жалованье и поселив с семьей в отдельном флигеле.

Встречались среди англичан и промышленники. Вероятно, самым старым предприятием, которым владели англичане, была находившаяся недалеко от Москвы (примерно в 100 км к северу от нее) в селе Вербилки фарфоровая фабрика Гарднера, имевшая большое значение для развития производства русского фарфора. Фрэнсис Гарднер приехал в Россию в 1746 г. и сначала обосновался в Петербурге, где с его именем связано появление в России знаменитого Английского клуба. В Москве Гарднеры жили в Немецкой слободе, на главной ее улице, а их «лавка с фарфором» находилась у Варварских ворот.

В Москве первой половины XIX в. не было крупных предприятий, принадлежавших англичанам, но их оборудование и технология играли большую роль в отечественной промышленности, особенно текстильной. Русские текстильные фабрики были полностью переоснащены английским оборудованием. Журнал «Вестник промышленности» писал, что целые заводы Манчестера и Ньюкастла почти исключительно работали на русский рынок, и неудивительно, что на текстильные предприятия Москвы и Подмосковья приглашались английские инженеры и техники.

Образование более или менее сложившейся британской колонии может быть датировано второй половиной XIX в., что связано с появлением в Москве промышленных предприятий, принадлежавших полностью или частично британцам. Если не самым большим из них, то, может быть, самым типичным был завод Р. Смита.

Молодой шотландец приехал в Россию в 1847 г., вероятно, не предполагая, что не только вся его жизнь, но и жизнь его семьи будет связана с Россией. Смита пригласили для работы и обучения русских рабочих железнодорожному строительству. Крымская война с соединенными силами Турции, Франции и Великобритании никак не отразилась на его положении, как, впрочем, и на положении других англичан, живших в Российской империи. Рассказывали, что московская полиция запретила богослужения в англиканской церкви на том основании, что там прихожане молились за победу королевы Виктории «над всеми ее врагами». Тогда священник обратился прямо к императору Николаю I и в ответ получил разрешение молиться за кого ему будет угодно.

Вскоре после окончания Крымской войны Р. Смит начинает собственное дело. В Москве — торговом и деловом центре страны — он основывает завод по производству паровых котлов, столь необходимых для многочисленных фабрик и заводов. Завод выстроили у большого пруда за Трехгорной заставой Камер-Коллежского вала на участке, приобретенном у Даниловской сахарорафинадной фабрики. Он был неплохо оснащен технически и мог выполнять сложные заказы. Открытый в 1856 г. завод вскоре стал одним из основных производителей котельного оборудования на русском рынке.

Крупным предприятием был механический и чугунолитейный завод Вартце и Мак-Гилла, основанный в 1866 г. (Малая Красносельская, 27). Здесь производились подъемные машины, чугунные отливки, части машин, трансмиссии. Согласно сведениям 1916 г. на заводе работало более 330 человек. Мак-Гиллы жили в своем деревянном доме на Спиридоновке (на месте современного дома 15). Они были известны в Москве своей широкой благотворительностью — Роман Мак-Гилл пожертвовал 20 тыс. руб. в пользу раненых в русско-турецкой войне, его вдова построила дом в Лефортове для благотворительного общества (Солдатская улица, 6).

Из промышленных предприятий Москвы, с которыми были связаны британцы, необходимо упомянуть также завод по производству станков и трансмиссий, принадлежавший торговому дому «В.Я. Гоппер и К°». Он был основан в 1847 г. Василием Яковлевичем Гоппером и Францем Францевичем Риглеем. Поддерживая просьбу предпринимателей о ссуде, председатель Московского отделения Мануфактурного совета писал тогда о «…необходимости учреждения в Москве, как центре отечественной мануфактурной промышленности, механического заведения, на коем можно было бы приготовлять большую часть машин, выписываемых теперь из чужих краев, и вместе с тем починять уже находящиеся на фабриках английские и другие иностранные машины…».

Предприниматели приобрели участок в Серпуховской части и в 1848 г. открыли производство. В следующем году на заводе работало 352 рабочих (в их числе двое иностранцев-мастеров), выработавших продукцию на 32 250 руб. Здесь выпускали паровые машины мощностью 4-10 лошадиных сил, в которых остро нуждалась текстильная промышленность. Завод процветал и стал одним из самых больших машиностроительных предприятий в Москве — паровые машины, построенные на заводе, были крупнейшими в России.

Из машиностроительных предприятий можно упомянуть также завод земледельческих машин Ивана Христофоровича Вильсона, находившийся в собственном доме в Якиманской части и существовавший с 1806 г. Это было небольшое предприятие, насчитывавшее в 1856 г. 34 рабочих. Стоимость его продукции составляла тогда 13 240 руб. серебром, а в 1872 — здесь работало 55 рабочих, выпустивших продукции на 59 тыс. руб. В следующем году Вильсон попросил разрешения поставить на фабрике паровую машину.

Еще одна фабрика работала у Немецкой слободы — на Вознесенской улице находился филиал Невского стеаринового завода, директором-распорядителем которого был Карл Иванович Гибсон. Компания была основана в 1851 г. в Петербурге, а в конце 1860-х гг. приобрела завод в Москве, существенно расширив его. Здесь выпускали пальмовые и стеариновые свечи, олеин и глицерин.

Были в Москве и мелкие механические мастерские, например, такие, как основанное в 1831 г. заведение московского купца Ивана Васильевича Джаксона с 18 рабочими, на котором вырабатывались свинцовые и медные трубы, медные краны, гидравлические прессы на 20 тыс. руб. серебром в год; или же «английская ковальня» C.Р. Вортледжа на Палихе, в которой, по сведениям 1916 г., 17 рабочих ковали подковы.

Значительные успехи имели британцы и в торговом деле. На всю Москву славился магазин «Мюр и Мерилиз», основанный Эндрю Мюром и Арчибальдом Мерилизом. Фирма существовала с 1842 г., но в Москве ее магазин открылся значительно позже — 10 сентября 1885 г. в доме на углу Петровки и Театральной площади, переделанном молодым тогда архитектором Романом Клейном. Это здание полностью сгорело в 1900 г. и на его месте тот же Клейн, ставший к тому времени одним из самых известных архитекторов Москвы, выстроил новое большое здание с использованием в оформлении готических деталей. «Мюр и Мерилиз» по торговым оборотам был вторым в России (после магазина Петербургского гвардейского общества) и славился тем, что высылал в любое место огромной страны проданный товар стоимостью не менее 50 руб. Компания основала и мебельную фабрику, для которой Р.И. Клейн выстроил производственные здания в Охотничьем переулке.

Другой известный английский магазин находился на Кузнецком мосту, на улице, ставшей с конца XVIII в. средоточием шикарных торговых заведений, принадлежавших в основном французам. Этим магазином, под названием «Le Magazin Anglais», расположившимся в доме Третьякова (Кузнецкий мост, 9), владела английская семья Шанкс. Основателем дела был Джеймс-Стюарт Шанкс, записавшийся в московское купечество в 1867 г. Он жил в собственном доме (Покровка, 37) в небольшом деревянном здании, выстроенном после пожара 1812 г.

Общественным центром британской колонии в Москве была англиканская церковь. До постройки собственной, англичане пользовались реформатской церковью в Немецкой слободе, где многие из них и жили. После того, как церковь сгорела в пожаре 1812 г., англичане наняли на Тверской «приличный дом госпожи егермейстерши и княгини Анны Александровны Голицыной». Это был большой барский особняк второй половины XVIII в., выходивший на Тверскую красивым классическим портиком, стоявший примерно на месте современного дома 15 на углу Малого Гнездниковского переулка.

Англиканская церковь заняла небольшую часть дома, и вскоре в газете «Московские ведомости» появилось такое объявление: «Богослужение, по существующему обряду Английской церкви, будет отправляемо в первый раз в будущее Воскресенье 8 ноября в 11 часов утра и совершаемо каждое Воскресение в означенное время на Тверской в Доме княгини Прозоровской». Церковь продолжала существовать в доме на Тверской еще несколько лет, пока члены британской колонии не решили все-таки обосноваться на собственном участке.

В 1829 г. был приобретен дом в Большом Чернышевском переулке (Вознесенский пер.) у наследников гвардии прапорщика П.А. Наумова. После переоборудования в нем открылась, как она официально называлась, британская (англиканская) часовня. Она продолжала действовать до конца 1870-х гг., когда стало ясно, что церковь не вмещает прихожан — московская британская колония разрослась.

Возник вопрос о строительстве новой церкви: в августе 1878 г., в письме, отправленном из Москвы в Русскую компанию в Лондон, сообщалось о бедственном положении церкви и говорилось, что нельзя откладывать перестройку здания. Тогда же начал обсуждаться вопрос о новом строительстве. Было решено собирать пожертвования, а проект заказать английскому архитектору. Выбор пал на Ричарда Нилла Фримена, который много проектировал и строил в Англии здания школ, библиотек, музеев, особняков, церквей. В Москву Фримен прислал проект типично английской церкви в стиле викторианской готики.

На общем собрании единогласно одобрили присланный проект, и строительство, которым руководил архитектор Б.В. Фрейденберг, началось. Здание церкви было готово в 1884 г. Первая служба прошла 2 сентября, а официальная церемония освящения была произведена 13 января 1885 г. прибывшим из Лондона епископом Титкомбом. Церковь освятили во имя святого апостола Андрея, покровителя Шотландии, что не удивительно, ибо наиболее уважаемые и состоятельные члены британской колонии были шотландцами. В том же году в церкви установили орган — здание славилось своей акустикой.

При строительстве в левой части церковного двора по проекту архитектора Б.В. Фрейденберга поставили двухэтажное здание, предназначенное для настоятеля церкви. На боковой стене под лепными изображениями св. Георгия и геральдических символов Англии, Шотландии и Ирландии — розы, чертополоха и клевера — можно разобрать следующую надпись: «Built for St. Andrew’s church in memory of Robert McGill by his widow AD 1894» («Построено для церкви св. Андрея в память Роберта Мак-Гилла его вдовой в 1894 г. от Рождества Христова»).

Московская англиканская церковь служила не только местом молений и отправлений религиозных служб, но и своеобразным клубом, центром всей колонии. В церковном здании находились библиотека, комната для собраний, помещение для архива. Наверху башни устроили бронированную комнату-сейф, в которой члены колонии хранили ценности, пропавшие впоследствии во время октябрьского переворота. Настоятель церкви сообщал в Лондон, что его посетили представители новых властей и увезли 126 ящиков и 193 тыс. руб. Сам же настоятель несколько раз побывал в тюрьме, но спасся и смог уехать в Великобританию.

Первая мировая война непосредственным образом отразилась на московской британской колонии — более 85 ее членов служили в действующей армии. В Москве члены колонии устроили британский госпиталь, в котором лечилось более 1300 русских раненых, и где приготовили более 800 тыс. бесплатных обедов для беженцев.

Церковь еще действовала некоторое время после октябрьского переворота — последняя запись в ее документах датирована 1920 г.: тогда, 11 апреля, происходило бракосочетание некоего Фрэнка Альберта Уэйла и Елены Балаковой. Потом церковь закрыли и только недавно — 14 июля 1991 г. — в ней опять состоялась служба.

В Спиридоньевском переулке, 9 находилось одно из популярных мест членов британской колонии — так называемый «Дом святого Андрея», предназначенный для гувернанток, не имевших постоянного места жительства. Средства на его постройку пожертвовала Джейн, или, как ее называли в Москве, Евгения Ивановна Мак-Гилл. Автором проекта стал известный тогда архитектор, вошедший в моду после постройки гостиницы «Метрополь» и нескольких богатых особняков, Уильям Уолкот (или Вильям Валькот), который по отцу был англичанином. Над аркой входа помешены резные изображения гербов частей, составляющих Соединенное Королевство Великобритании: три льва — Англии, лев, поднявшийся на задние лапы, — Шотландии, арфа — Ирландии и дракон — Уэльса.

После революции здесь находилось студенческое общежитие Московского университета, а потом дом заняли под гостиницу Московского комитета коммунистической партии. Совсем недавно бывшая гостиница перешла в разряд обычных, но под экзотическим названием «Марко Поло». После революции единственным официальным представителем Великобритании в Советской России был консул Роберт Локкарт, имя которого стало известно в связи с тем, что большевики обвинили его в заговоре. Он был арестован в своей квартире в Хлебном переулке. Его препроводили в тюрьму, но потом выслали за границу.

После национализации промышленных и торговых предприятий многие британцы остались не у дел. Для большинства из них со всей остротой встал вопрос о необходимости покинуть Россию. Принять такое решение было нелегко — здесь они родились и выросли, здесь оставались родительские могилы, но иного выбора не было. Исход со второй родины произошел в 1918-1920 гг.

В «Русском архиве» университета города Лидс в Великобритании трудами его куратора господина Ричарда Дэвиса собрана большая коллекция материалов, раскрывающих историю исхода англичан из России. Там же находятся и материалы о жизни и судьбе тех немногих британцев, которые остались жить в Советском Союзе.

Отношения между двумя державами восстановились в 1924 г. — в Москве было открыто британское торговое представительство. Здание его находилось на Поварской улице, 46 в особняке, построенном в 1910 г. по проекту архитектора А.Н. Зелигсона для банкира Якова Шлосберга.

С февраля 1931 г. посольство Великобритании обосновалось в бывшем особняке Харитоненко на Софийской набережной, который до того использовался Наркоминделом как «гостевой дом». Дом этот был выстроен в 1891-1893 гг. архитектором В.Г. Залесским, а великолепные интерьеры его проектировал Ф.О. Шехтель. В настоящее время в этом здании находится резиденция посла Великобритании.

В советское время в Москве находилось немного британцев, особенно уменьшилось их число в конце 1920-х — 1930-е гг., а во время холодной войны их были единицы. По очень приблизительным подсчетам в 1927 г. в Москве проживало 96 человек, Ленинграде — 115; в 1946 г. в Москве — 10 человек, Ленинграде — 4 (не считая журналистов и персонала посольства).

С распадом Советского Союза контакты с Великобританией участились и приобрели широкий и регулярный характер.

В 1994 г. с первым в истории официальным визитом Россию посетила королева Елизавета II. Она и ее супруг герцог Эдинбургский открыли музей
«Старый Английский двор» в Москве на Варварке. Тогда же в Москве и Петербурге прошли несколько выставок и театральных постановок, выступил знаменитый Вестминстерский хор, основанный в 1540 г.

В Москве находится центральный офис Британского Совета, полугосударственной организации, финансируемой как правительством, так и частными лицами. Она призвана содействовать лучшему пониманию политики Великобритании, знакомству с ее культурой, изучению английского языка в мире.
Посольство Великобритании, для которого в 2000 г. было построено новое здание на Смоленской площади (официальное открытие его состоялось 7 мая 2000 г.), является центром, в котором сосредотачивается разнообразная работа по установлению тесных государственных, торговых и культурных связей с Россией.

Из книги «Москва гостеприимная. Люди, памятники и традиции многонациональной Москвы» под ред. В.Ф. Козлова, «Москвоведение», 2014, с. 225 – 234.
Статья С.К. Романюк «Британцы в Москве»

Источник <http://voynablog.ru/2015/12/06/britancy-v-moskve/>




П.С. Бабуля никогда не называла  торговый дом  "Мюр и Мерилиз" ЦУМом, а Верхние Торговые Ряды - ГУМом. Магазин Елисеевский ... Тоже касалось улиц и переулков...

promo ida_mikhaylova июль 7, 2031 15:23 136
Buy for 50 tokens
Возможно таким же, как сегодня, летним лазоревым утром 1913, Надежда шла в порядок - хозяйство своей младшенькой дочки, проведать ее семью, внуков и внучек, погостить денек у любимого зятя, Ивана Ивановича. Земля Задонья была родной, но дорога была не близкой. Чуть свет, Надежда собрала в…

Comments

( 10 comments — Leave a comment )
amarok_man
Sep. 12th, 2018 05:24 am (UTC)
Спасибо, Ида !
очень познавательно !
ida_mikhaylova
Sep. 12th, 2018 05:33 am (UTC)
Доброго дня, Александр!
Эта маленькая книжица очень познавательна...
swbkka
Sep. 12th, 2018 07:21 am (UTC)
Интересно!Спасибо Ида!
ida_mikhaylova
Sep. 12th, 2018 07:30 am (UTC)
Фотографии надо сделать...
swbkka
Sep. 12th, 2018 07:34 am (UTC)
Сделаешь?
ida_mikhaylova
Sep. 12th, 2018 11:26 am (UTC)
Теперь перекачать и обработать надо фото:)
kasana3006
Sep. 12th, 2018 08:52 am (UTC)
познавательно и образовательно ) спасибо )
ida_mikhaylova
Sep. 12th, 2018 11:29 am (UTC)
Благодарю!)
opasniyvozrast
Sep. 12th, 2018 11:16 am (UTC)
Очень много и мелко... :-( Но, молодец!
ida_mikhaylova
Sep. 12th, 2018 11:24 am (UTC)
Под катом увеличила шрифт
( 10 comments — Leave a comment )

Profile

ida_mikhaylova
ida_mikhaylova

Latest Month

December 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Tags

Powered by LiveJournal.com